DeepFlowTech

Автор: Anthropic
Перевод: Deep潮 TechFlow
Deep潮 Введение: Это первое масштабное исследование реальной экономической тревоги пользователей AI-компаний. Данные выявляют жестокий парадокс: программисты, дизайнеры — те, кто наиболее активно использует AI, как раз больше всего боятся его замены; те, кто быстрее всего повышает эффективность, чувствуют наибольшую неопределенность в будущем. Для инвесторов это означает, что проникновение AI происходит быстрее, чем ожидалось, и влияние на рынок труда уже началось на психологическом уровне.
Ключевые открытия:
Наш недавний опрос 81 000 пользователей Claude показывает, что те, кто занимается более легко заменяемой AI работой, больше беспокоятся о безработице, вызванной AI. Особенно это касается участников ранних этапов карьеры.
Работы с самым высоким и самым низким доходом показывают наибольший прирост производительности, в основном за счет расширения рабочих задач (выполнение новых задач).
Испытали

Папаро в показаниях в Конгрессе раскрыл, что Командование США в Индо-Тихоокеанском регионе управляет полным узлом в сети биткойн и проводит практические тесты кибербезопасности, не занимается майнингом, а использует его для мониторинга и оборонных тестов; он позиционирует биткойн как инструмент компьютерных наук и средство проецирования силы, а не как финансовый актив, что показывает, что нарратив американских военных о биткойне смещается с борьбы с незаконными финансами на его восприятие как национально-безопасностного технологического актива.

CertiK警告称，2026年的主要黑客源自实时深度伪造、网络钓鱼、供应链与跨链漏洞。
迄今行业损失逾6亿美元，Kelp DAO与Drift Protocol袭击或涉朝鲜黑客。
AI将提升攻击复杂度，也可用于防御，投资者应核验URL、使用冷钱包。

Фу Пэнг заявил на Гонконгском саммите, что интеграция традиционных финансов и криптоактивов откроет новую эру, и только те, кто быстро адаптируются в критические поворотные моменты, смогут добиться будущего. Он сравнил это с технологическим ростом во времена холодной войны и нефтяных кризисов, подчеркнув, что технологический прогресс и мировая нестабильность сосуществуют, а искусственный интеллект и вычислительные мощности становятся новой производительной силой. Первая половина криптоиндустрии уже завершена, и сейчас она находится в стадии перестройки. Глядя в будущее, стабильные монеты будут выполнять функции платежей, биткойн станет основой для хранения стоимости и финансовых активов, открывая новую главу.

Японский финансовый департамент на 9-м мероприятии BCCC Collaborative Day раскрыл планы перенести регулирование криптоактивов с закона о платежных услугах на закон о финансовых инструментах, основной акцент делается на раскрытие информации, классификацию независимых операторов, штрафы за нелегальных операторов и инсайдерскую торговлю. Также представлены три пилотных проекта PIP: кросс-граничные платежи с японской стабильной монетой, круглосуточные сделки по расчетам на ценных бумагах в блокчейне, межбанковские переводы токенизированных депозитов с взаимодействием с центральным банком для подготовки проекта金沙盒. Шимосита Сюсин заявил, что блокчейн может повысить удобство финансовых услуг и разнообразие продуктов, и ведомство продолжит совершенствовать систему.

После нескольких циклов бычьего и медвежьего рынка и повторяющихся нарративов, криптоиндустрия входит в более сложную стадию: с одной стороны, она ускоряет массовую адаптацию, с другой — продолжает переживать спад воображения. ETF, стейблкоины и институциональные инвестиции делают блокчейн всё больше частью финансовой системы; в то время как энтузиазм по поводу «перелома всего» быстро угасает в очередных циклах. Именно поэтому сейчас, возможно, как никогда ранее, стоит снова задать вопрос: что такое блокчейн на самом деле?
В связи с этим вопросом мы провели глубокий диалог с генеральным директором ViaBTC Яном Хайпо. Будучи одним из первых участников и строителей криптоиндустрии, он дал ответ, который не сводится к «новой инфраструктуре» или «новым технологиям», а к более острому определению: блокчейн — это жесткий либертарианский эксперимент. Этот эксперимент, продолжавшийся более десяти лет, постоянно проверяет один и тот же актуальный вопрос — когда доверие больше не зависит от централизованных структур, насколько далеко может уйти свобода?